Приморье заняло четвертое место среди всех регионов России по объемам ввода многоквартирного жилья. В январе в крае сдали 180,5 тыс. кв. м, что на 763% превышает показатель аналогичного периода прошлого года. В абсолютном выражении прирост составил 159 тыс. «квадратов».

Среди дальневосточных городов лидером стал Владивосток. В столице Дальнего Востока возводится больше 2 млн новых квадратных метров — это около трети всех новостроек макрорегиона. На втором месте Хабаровск, на третьем — Улан-Удэ. В федеральном рейтинге столица Приморья занимает 9-ю строчку, лишь немного уступая по объемам Уфе и Новосибирску. Замыкает десятку Казань.

О темпах жилищного строительства во Владивостоке и новых механизмах застройки, РБК Приморье в рамках программы «Что это значит» рассказали эксперты.

Антон Глушков, министр — главный архитектор Приморского края министерства архитектуры и градостроительной политики региона

«Владивосток уникальный город. Он имеет крайне сложный рельеф, неблагоприятный, тяжелый в застройке. Но это является одновременно и его плюсом, раскрывает его во все стороны: огромную протяженную береговую линию, наследство военных оборонительных сооружений, портовую инфраструктуру и так далее. Владивосток на фоне остальных городов России — уникальное сочетание этих моментов.

Рельеф заставляет думать о террасированной застройке и ограничивать застройку в историческом центре, но позволяет более высотную на других территориях. Чтобы раскрывать видовые, чтобы все видели море, и чтобы все пользовались. Рельеф ограничивает нас в транспорте. Мы очень внимательно должны рассматривать все транспортные коридоры, искать пути создания дублеров, разгрузки транспорта и так далее. Там, где плоский город, гораздо больше инструментария для создания комфортного пространства. В городах со сложным рельефом, таких как Сочи, где мне приходилось работать, во главу угла ставится идея, как ты решаешь вопрос рельефа и как ты создаешь эту комфортную среду.

Владивосток — многокомпонентный и многоэтажный город. Так как плоских площадок для застройки крайне мало, каждую площадку нужно использовать по максимуму. Нужно ее делать многофункциональной, так, чтобы в ней была возможность для жилья, офисов, работы, отдыха граждан и так далее. Каждый проект становится уникальным.

В столицу Приморья уже приезжают архитекторы, город является примером удачной работы с рельефом — как создавать террасную застройку, видовые панорамы и так далее. Но мы и сами перенимаем опыт: в Сочи — с рельефом, в Калининграде — с историческим наследием и с исторической средой в центре, в Екатеринбурге — с промышленными территориями, с их реновацией и превращением их в более красивую, качественную среду. У Владивостока есть потрясающий резерв — это территория промышленности, старая, ржавая полоса, которая сейчас уже неактуальна. Береговая линия Владивостока — это ценность. И мы хотим ее вернуть в город именно как набережную, создать морской фасад. Его видят моряки, туристы, а нам бы хотелось, чтобы люди прошлись по набережной и тоже смогли ощутить единение с морем. Это то, чего нет у других городов.

Приморские архитекторы горят мечтой создать потрясающую бесконечную набережную от Токаревского маяка и до низководного моста. Это глобальная задача. Уже завершен этап благоустройства возле Национального центра. Наши планы на ближайшие два года — идти дальше на север, продвигая набережную до Кунгасного пляжа и дальше. Это уже не эскизы, все переводится в рабочие чертежи.

Что касается исторической застройки, то это всегда вопрос баланса. Безусловно, нужно сохранять тот смысл и наследие, которое нам досталось. Насколько это не должно ограничивать развитие города? Каждый раз ты стоишь перед вопросом, что именно ты должен сохранить: старый кирпич или смысл, который был заложен? Мы сохраняем то, что нам досталось, и стараемся так, чтобы это не мешало развитию города.

Как вы понимаете, любой бизнес заинтересован в том, чтобы иметь долгосрочное, равномерное, четкое, понятное развитие. Когда у него есть программа развития не на 3 года, а на 5-15 лет, это всегда бонус и понятные правила игры. Бизнес уже кардинально меняет свой подход к КРТ. И он действительно во главу угла в своих проектах ставит именно этот механизм. Комплексное развитие говорит, что какие бы требования не были к классу жилья, обеспечение его социальной, транспортной, инженерной инфраструктурой должно быть одинаковым. У нас не должно получаться так, что только бизнес-класс, какие-то элитные высотки получают все блага нашей цивилизованной жизни, а другие районы с эконом-застройкой страдают от нехватки социальной инфраструктуры, от перебоев с инженерной инфраструктурой. Поэтому комплексное развитие — это инструмент, направленный на создание единого стандарта комфорта жилья. Неважно, в каком уровне ты будешь жить, главное, чтобы тебе было комфортно. Чтобы твои дети могли пойти в детский сад, в школу, и чтобы у тебя не было перебоев с водой.

Кирилл Солгалов, основатель и главный архитектор SPI Planning Group, член Совета архитекторов России и Градостроительного совета Приморского края

Вопрос о том, как при нынешнем объеме стройки соблюсти баланс экономики и среды, такой же многослойный, как и сам Владивосток. Если говорить с точки зрения застройки и ее принципов, то город должен быть достаточно плотным и компактным, но не обязательно многоэтажным. Он должен просто обеспечивать определенный набор параметров необходимых застройщику. И чаще всего максимальная плотность обеспечивается 9-10 этажами максимум. Но из-за того, что у нас рельеф сложный, иногда приходится делать и отдельные повышения. Это понятно. С другой стороны, город не может терять остальные элементы городской инфраструктуры. Он должен быть компактным, то есть достаточно плотным, и насыщенным разнообразными функциями.

Он должен быть «пятнадцатиминутным», чтобы в пределах 15 минут вы могли выйти из дома и попасть на работу, попасть в парк и в магазин. Но при этом, что тоже очень интересно, мы все вспоминаем города, в которых чисто. И чаще всего в них чисто именно потому, что там нет открытого грунта, то есть нет пустырей. Поэтому вовлечение всех общественных пространств в хозяйственную деятельность, это тоже очень важная задача.

Достаточная плотность — это 2-2,5, единиц на гектар жилья. Делать многофункционально, добавлять не менее 10-15% общественной функции в любой жилой дом, и наоборот, делать достаточно плотные улично-дорожные сети. Есть определенные параметры: не менее 30% территории должна занимать улично-дорожная сеть. Делать улицы, как общественное пространство, потому что улицы в этом случае являются наиболее значимым общественным пространством в городе, и, к сожалению, в новых районах часто его не хватает.

Если говорить про современный комфортный район, то типология жилья должна быть абсолютно разной и широкой. Есть огромное количество разных семей, разных потребителей. У каждого из них свои задачи и свои потребности. Это что касается самого жилья. Если говорить про дом, как экосистему, то тут интересна практика современных жилых комплексов центральной части страны, где делают коворкинги, кафе, рассчитанные в том числе не только на жильцов. Создается инфраструктура, которая является составной частью жилья, вынесенной частью жилья. Если мы берем жилье бизнес-класса, оно обычно подразумевает очень большой набор дополнительных функций, причем чаще всего бесплатных для жителей. Если говорить про жилье эконом-класса, то там скорее всего будет другой набор функций. В этом случае он очень сильно отличается, нет никакого стандарта. И мне кажется, это как раз хорошо. Потому что потребитель может выбирать и рублем, в том числе, то, что ему необходимо и то, что он хочет использовать каждый день.

По сути это и есть механизм КРТ. Я думаю, что это хороший инструмент. Подчеркну, что это все-таки механизм, а не некий смысл. Все, что закладывается в этот механизм, закладывается органом местного самоуправления, органом региональным и самим застройщиком. И тут важно понимать, что каждая территория нуждается в чем-то своем. Центральной части города нужна более компактная застройка, условно говоря, бизнес-класса. А те территории, которые находятся дальше, строятся больше в эконом-классе и, соответственно, совершенно с другими требованиями к пространству и среде вокруг них.

Лилия Гиззятова, директор департамента реализации социально-экономического потенциала перспективных территорий краевого Инвестагентства, архитектор

Я работала в Казани, и там максимально плоский город. Владивосток другой. И могу сказать, что здания, вписанные в рельеф — это экстремальная задача. Здесь это стало визитной карточкой. Мы максимально продвинулись в работе с рельефом с точки зрения и благоустройства, и застройки. Есть видовые характеристики, есть понимание ценности вида для каждого жителя Владивостока и в принципе для гостей. Видовые характеристики — это главный критерий, как в покупке жилья, так и в раскрытии общественных пространств. Но с рельефом надо правильно работать, по-другому строить доступную среду, потому что рельеф всегда для этого проблема. Мне кажется, у Владивостока в целом все получается, и он движется в правильном направлении.

Но рельеф — это еще и преимущество в части возможностей. Ты можешь терять меньше зеленых пространств. В мастер-плане Владивостока центральные сопки защищены от застройки. Зафиксировано, что на ключевых сопках будут общественные пространства. В то же время, работая с рельефом, можно интереснее регулировать застройку, высоту застройки, можно что-то приподнять, что-то, наоборот, видовые характеристики позволяют опустить. Считаю, что в работе с КРТ или с жилой застройкой важна еще этика застройщика по отношению к городу в целом и к городской среде.

Что касается КРТ, то с ним мы будем жить еще много лет, потому что механизм создавался в целом, как работа с реновацией, ревитализацией. Когда есть большие, уже вышедшие из оборота земли и здания, надо снова всю инфраструктуру возвращать, делать нормальное жилье, чтобы этот механизм был оптимальным. Хотя он зародился в Москве, но для регионов это хороший инструмент.

Когда мы говорим про количество КРТ, мы осторожны, потому что есть большие районы, в том числе, построенные в 60-70-е, где уже здания изношены почти на 70-80%. В какой-то момент они станут аварийным фондом, и эти механизмы потребуются, чтобы переосмысливать большие территории города Владивостока. Но пока мы идем осторожно, пробуем в целом, а дальше пойдет большая работа.