За время работы VIII созыва Госдумы в числе актуальных для Дальнего Востока экологических задач оставались реформа обращения с отходами, профилактика природных пожаров и снижение последствий рассыпной добычи золота. Одной из новых мер должно стать создание фонда рекультивации для золотодобывающих компаний, который позволит заранее обеспечить средства на восстановление нарушенных земель. О том, какие экологические проблемы макрорегиона удалось решить, почему мусорная реформа пока не завершена и как в России могут ограничить использование одноразового пластика, рассказал депутат Госдумы, заместитель председателя комитета по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды Георгий Арапов.

— Уже можно подводить итоги работы действующего созыва Госдумы. Что удалось сделать профильному комитету и какие задачи пока остаются?

— За пять лет комитет сосредоточился на важной задаче — сделать так, чтобы экологические проекты, в том числе национальный проект «Экология», стали понятными людям, а их результаты были видны.

Можно выделить три наиболее чувствительных блока. Первый — мусорная реформа. Здесь многое удалось сделать, но еще больше предстоит.
Главное — то, что человек видит, выходя во двор. Не так важно, сколько появилось мусоровозов или контейнерных площадок. Важно, чтобы перед домом была чистая площадка и мусор вовремя вывозили. Если в доме начали собирать отходы раздельно, их должны вывозить разные машины, а жители — придерживаться этой системы.

— Какие проблемы в рамках мусорной реформы удалось решить?

— Отдельно решались вопросы медицинских и строительных отходов. Взаимодействие с региональными операторами еще предстоит доработать, но по контейнерным площадкам уже принято конкретное решение.

Раньше за контейнеры часто отвечали муниципалитеты, но средств на их обслуживание не хватало. Возникала ситуация, когда оператор забирал мусор, часть отходов вываливалась и оставалась на площадке. Оператор мог заявить, что это уже не его ответственность. То же происходило с отходами, которые жители случайно выбрасывали не туда.

Теперь регионы могут либо передать ответственность за содержание контейнерных площадок региональному оператору — тому, кто вывозит отходы, — либо взять эту функцию на уровень региона и помогать муниципалитетам.

— При этом проблемы отрасли сохраняются. Что мешает завершить мусорную реформу?

— Во многих регионах отрасль долго оставалась в тени или была связана с недобросовестными предпринимателями. Поэтому проблемы мусорной реформы сохраняются.

До сих пор существует большое количество формально нелегальных площадок размещения отходов. Их срок действия приходится продлевать каждые два года, поскольку пока не создано достаточно мощностей для переработки всего объема отходов.

Для Дальнего Востока с его расстояниями это особенно актуальная проблема. Но движение в этом направлении идет. Когда удастся избавиться от криминальной составляющей, которая досталась отрасли с начала 2000-х годов, появится возможность сформировать полноценную сферу экономики, которая будет помогать развитию, а не мешать ему.

— Каким стало следующее направление, что удалось изменить?

— Вторым направлением является подготовка региона к пожароопасному сезону. В этом году расходы на пожарную охрану увеличили на четверть — до 26 млрд руб. Но этого по-прежнему недостаточно, чтобы эффективно прогнозировать, где начнется природный пожар.

Профилактика важнее, потому что, когда пожар уже начался, на территориях Дальнего Востока и Сибири его практически невозможно остановить.На предупреждение пока не всегда хватает ресурсов, но есть тенденция к увеличению финансирования. Федеральное министерство идет навстречу в этих вопросах.

— В чем заключается основная проблема в сфере рассыпной добычи золота?

— Рассыпная добыча золота — третий проблемный блок. И это один из самых грязных методов добычи ресурсов, который несет множество рисков.

При этом нельзя всех предпринимателей ставить под одну гребенку: есть добросовестные компании. Но проблема возникает, когда организация получает участок, добывает золото, а затем должна восстановить природный ландшафт — провести рекультивацию.

На практике компания может обанкротиться, через некоторое время зарегистрировать новое юридическое лицо, получить лицензию на соседний участок и продолжить добычу. Старый участок при этом остается без рекультивации.

Люди не первый год обращаются с этой проблемой и долго не верили, что ситуацию получится исправить.

— Как предлагают решить проблему?

— Комитет внес законопроект, который предусматривает создание фонда рекультивации для предпринимателей, занимающихся рассыпной добычей золота.

Компания должна будет заранее оценить стоимость рекультивации и заложить необходимую сумму. По сути, это похоже на эскроу-счет: решил добывать — заранее обеспечь средства на восстановление территории.

Если компания продолжит работу, и сама проведет рекультивацию, средства останутся у нее. Если она обанкротится или откажется от работы, государство сможет использовать эти деньги для восстановления участка.

Опыт рекультивации более сложных объектов уже есть. Главное — заранее обеспечить для этого необходимые ресурсы.

— Предприятия, которые занимаются рассыпной добычей золота, уже реагируют на законопроект?

— Есть компании, которые исторически занимаются добычей рассыпного золота, добросовестно работают и после себя рекультивируют участки. У них законопроект не вызвал сопротивления. Они понимают, что продолжат работать так же.

При этом изменится инвестиционный цикл. Это неизбежно. Здесь важно взвесить риски. Можно отказаться от принятия законопроекта, но тогда придется платить гораздо больше.

Речь идет не только о деньгах. Вопрос касается здоровья жителей, которые живут на берегах рек, где добывают рассыпное золото. Такую цену платить нельзя. Экология касается не только добычи: от качества воды, воздуха и почвы зависит гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

— В Приморье с 2023 года обсуждают ограничение использования одноразовой пластиковой посуды на массовых мероприятиях, а также в туристических местах и на экотропах. Есть ли в России похожий опыт?

— Это точная и своевременная инициатива. В России экологический подход носит прикладной характер и основан на научных принципах.
Пластик, который невозможно переработать, постепенно ограничивают в доступе на рынок. Но полностью контролировать его продажу пока практически невозможно. Поэтому рекреационные зоны и береговые линии по-прежнему загрязняются пластиком.

При этом нельзя ограничивать людям возможность отдыхать на таких территориях. Но сделать этот отдых экологичным вполне возможно.

— Альтернативой могут стать деревянная или бумажная посуда. Насколько такой переход реалистичен?

— Такая альтернатива появляется. Здесь важна экономическая составляющая. Пока вредить природе компаниям и продавцам выгоднее, чем работать экологично, прийти к единому решению невозможно.

Нужны ограничения в конкретных местах, в том числе в рамках эксперимента. В Госдуме находится законопроект депутатов нескольких фракций о запрете одноразовой пластиковой посуды на Байкальской природной территории.

В рамках этого эксперимента можно было бы включить территории разных регионов, в том числе Приморье. Это позволит проверить, как работают такие ограничения, прежде чем распространять их на всю страну.

В экологии важно сначала тестировать инициативы на территориях, которые имеют особую природоохранную ценность. Нужно понять, как ограничения повлияют на жизнь обычных жителей и одновременно создадут условия для экологичного отдыха туристов.

— Нужно ли закреплять такие инициативы законодательно или важнее формировать бережное отношение к окружающей среде через просвещение и общественную работу?

— Трепетное отношение к природе — хорошая история. При этом людей не нужно специально побуждать быть экологичными: они сами видят последствия.
Когда человек видит, как отсортированные им отходы загружают в одну машину, он разочаровывается в системе. Люди, которые выходят на субботники, тоже могут задуматься о целесообразности своей работы, если видят, как другие продолжают загрязнять территорию.

Чисто не там, где убирают, а там, где не мусорят. Просвещение, работа с обществом и гражданские инициативы уже развиваются, общественные организации делают для этого достаточно. Теперь государству важно взять часть ответственности на себя: исключать вредные практики в производстве и создавать экономические условия для более экологичных решений.

— Одноразовая посуда — один из примеров. Человеку нужно предложить альтернативу, если он готов выбрать экологичный вариант.

— Такие альтернативы есть. Но ключевая проблема по-прежнему в экономической целесообразности. Нужно искать дополнительные способы поддержки, и этим занимаются многие ведомства и предприниматели. Они ищут экологичные альтернативы не только пластиковой посуде, но и другим вредным технологиям, которые при этом должны оставаться оправданными.

Когда эта проблема будет решена, эксперимент можно будет вывести за рамки отдельных территорий и распространить на всю страну. Для меня это неизбежный процесс. А пока в рамках эксперимента можно посмотреть, как меняются особо ценные природные территории, когда на них действует такой запрет.

— Вы упомянули Байкальский регион. В акциях по очистке дна Байкала и побережья Ангары удалось извлечь около 400 т шин. Можно ли поставить такой сбор на экономическую основу: передавать отходы на переработку, производить из них продукцию и получать доход?

— Когда проводили эти акции, прежде всего хотели очистить территории и не задумывались об экономической выгоде. Но если говорить об экономике, то пока сбор пластика, резины и других отходов в рамках волонтерской деятельности позволяет в лучшем случае выйти в ноль. Рассчитывать на существенный заработок от такого сбора пока нельзя.

— Что должно измениться, чтобы переработка отходов стала целесообразной?

— Все зависит от того, как выстроена экономическая модель отрасли. Нужно отдавать приоритет продукции из вторсырья. Когда появятся экономические стимулы, оно станет востребованным, а значит, его будут покупать и продавать дороже. Тогда можно будет говорить об экономической целесообразности.

В случае с 400 т шин это была исключительно волонтерская история. После сбора их передали на переработку, из материала сделали покрытие для спортивных и детских площадок. Но пока общественные организации не получают от этого заработка и дополнительных ресурсов. Чаще это просто способ сделать мир немного чище.