Банк России: инфляционные ожидания тормозят дальнейшее снижение «ключа»

Фото: РБК Приморье

В июле Банк России снизил ключевую ставку до 18% на фоне дефляции. На протяжении двух недель в Минэкономразвития фиксировали снижение цен на ряд продовольственных и непродовольственных товаров в стране. При этом регулятор ясно дал понять: несмотря на все факторы, не стоит рассчитывать на резкое смягчение денежно-кредитной политики. О причинах выбора столь осторожной позиции РБК Приморье поговорил с главным экономистом Экономического управления Дальневосточного ГУ Банка России Антоном Гулевичем.

– Инфляционное давление снижается быстрее, чем прогнозировалось, рост внутреннего спроса замедляется – это эффект, которого добивался Банк России. Почему же денежно-кредитная политика до сих пор остается жесткой?

– Действительно, целью жесткой денежно-кредитной политики, периода высоких ставок в экономике, является приведение роста спроса в соответствие с возможностями производства товаров и услуг – через охлаждение кредитования, активизацию сберегательной активности населения и бизнеса. В результате инфляционное давление снижается, то есть цены на товары и услуги растут медленнее, чем раньше. И да, в этом смысле жесткая денежно-кредитная политика привела к более быстрому замедлению инфляции в стране, чем прогнозировал Банк России.

Почему же Банк России не спешит со смягчением денежно-кредитной политики? Почему он снизил ключевую ставку на последнем заседании только на 2 п. п.? С одной стороны, в мае – июне мы наблюдали темпы роста цен в стране близкие к цели Банка России – вблизи 4% в год. И в целом годовая инфляция у нас снижается. Но, с другой стороны, у нас остаются повышенными инфляционные ожидания и населения, и бизнеса. То есть и люди, и компании ожидают быстрого роста цен в будущем, и это значимый фактор роста спроса. Потому что если люди ожидают быстрого роста цен в будущем, они интуитивно склонны в текущий момент времени больше тратить, увеличивая спрос. И компании, также ожидая более высокого роста цен в будущем, закладывают его в свои текущие цены.

Помимо этого, сложилась неоднозначная ситуация с рынком труда: с одной стороны, меньше компаний сообщает нам о нехватке кадров, но, с другой стороны, зарплаты в экономике продолжают расти темпами выше, чем производительность труда. И это тоже значимый фактор роста спроса. Заметьте, у нас до сих пор уровень безработицы в стране находится на исторически минимальном уровне.

Поэтому жесткая денежно-кредитная политика остается востребованной – период высоких ставок в экономике нужен для того, чтобы инфляция устойчиво продолжала замедляться. Принимая решение об изменении жесткости денежно-кредитной политики, Банк России адаптирует ее к динамике инфляции и принимает решения по ключевой ставке таким образом, чтобы инфляция устойчиво замедлялась до уровня вблизи 4% в год в следующем, 2026 году. Также мы снизили прогноз по среднему значению ключевой ставки в 2025-м году. Далее все будет зависеть от устойчивости замедления инфляции и динамики инфляционных ожиданий населения и бизнеса.

– Если инфляционные ожидания населения – один из индикаторов для принятия решения по ключевой ставке – существенно не изменился, как вы сказали, тогда почему Банк России все-таки снизил «ключ»?

– Предыдущий вопрос был про то, почему так незначительно снизили, а этот вопрос – про то, почему снизили вообще. И ответ будет похожий: потому что Банк России, принимая решение об изменении ключевой ставки, опирается не на изменение одного-единственного показателя, а на общее состояние экономики, динамику инфляции и инфляционных ожиданий. Действительно, инфляционные ожидания остаются на повышенном уровне, и нас это беспокоит, мы открыто об этом говорим. Но мы полагаем, что инфляционные ожидания будут снижаться вслед за устойчивым замедлением инфляции.

С другой стороны, у нас сейчас и спрос, и инфляция замедляются. Кредитование растет, но более медленными темпами, чем за последние два года. Экономика движется к траектории сбалансированного роста, и это нам позволило на последнем заседании снизить ключевую ставку. Но такое снижение было меньшим шагом, чем в ситуации, если бы инфляционные ожидания тоже снизились.

– Когда ожидать эффекта от снижения ключевой ставки до 18%? Или он уже проявляется в экономике?

– Он уже проявляется. На денежном рынке снизились доходности ценных бумаг, кредитные организации – коммерческие банки – снижают свои ставки по кредитам и депозитам. В целом, весь эффект от снижения ключевой ставки привносится в экономику в течение 3-6 кварталов.

Если мы говорим о цели, которой хотим достичь, то это устойчивое замедление инфляции к уровню вблизи 4% в год в следующем году.

– Эксперты рынка недвижимости отмечают, что снижение ключевой ставки может привести к росту цен на аренду и покупку жилья. Цифры называют разные, но в среднем – на 9%. То есть снижение ставки может привести к росту инфляции?

– Давайте вспомним, как изменение ключевой ставки влияет на инфляцию: через изменение объемов кредитования оно воздействует на спрос. Банк России устанавливает ее таким образом, чтобы изменение объемов кредитования создавало динамику спроса, приводящую к замедлению инфляции и возвращению к цели.

Мы уже видим, что жесткие денежно-кредитные условия замедляют инфляцию. И в дальнейшем, принимая решение о ключевой ставке, мы будем подходить к этому с осторожностью – жесткость денежно-кредитных условий будет сохраняться такой, чтобы инфляция устойчиво замедлялась. Это – главное.

Что касается конкретно вашего вопроса: если вы возьмете потребительскую корзину, по которой Росстат считает изменение инфляции, и посмотрите, как изменяются в ней цены на товары и услуги, то вы найдете товары, которые дорожают быстрее, чем в предыдущем месяце, дорожают медленнее, снижаются в цене, не изменяются в цене. И при прочих равных, в условиях высоких ставок в экономике, рост цен на большинство товаров и услуг в потребительской корзине замедляется.

– Какие проинфляционные риски сейчас наиболее велики? Раньше эксперты называли в этом ряду кадровый дефицит, рекордный рост зарплат, но вроде бы ситуация на рынке труда стабилизируется, меняется. Да, зарплаты еще растут, но уже не так сильно, как это было раньше.

– Это риски, связанные с инфляционными ожиданиями и с рынком труда. Пожалуй, по этим показателям мы сейчас не можем сказать, что риски ускорения инфляции миновали. Проинфляционные ожидания, как мы уже говорили, остаются на повышенном уровне, они не снижаются, и это нас беспокоит.

О рынке труда: хотя ситуация на нем улучшилась, мы все равно считаем, что она является значимым фактором возможного ускорения инфляции в будущем. Потому что если спрос начнет расти быстрее производительности труда, он наткнется на ограниченность трудовых ресурсов и в большей части уйдет в ускорение инфляции. Также остаются риски внешнеторговые – в частности, снижение цен на нефть, – и геополитические.

– В базовом сценарии Банка России на этот год средняя ключевая ставка представлена в диапазоне 18,8–19,6% годовых, на 2026 год – 12–13%. То есть пока не следует надеяться на то, что регулятор существенно снизит ключевую ставку? Что должно произойти, чтобы, например, в этом году уже мы увидели «ключ» в 15%?

– Действительно, на последнем заседании Совета директоров был опубликован новый среднесрочный прогноз. И в нем среднее значение ключевой ставки на 2025 год было снижено с диапазона 19,5–21,5% до 18,8–19,6%.

Учитывая, что с 1 января 2025 года по 27 июля 2025 года среднее значение ключевой ставки составило 20,8%, то за оставшийся период до конца 2025 года оно должно быть в диапазоне от 16,3 до 18%. То есть Банк России закладывает возможность снижения ключевой ставки уже в этом году. Среднесрочный прогноз рассчитан из текущих предпосылок развития экономики, динамики инфляции, динамики инфляционных ожиданий. Если эти предпосылки изменятся, общая ситуация поменяется, то варианты изменения ключевой ставки могут быть разные – то есть она может снижаться быстрее, чем в прогнозе, но могут быть и другие варианты решений. В любом случае траектория ключевой ставки будет такой, чтобы инфляция в следующем году составила 4%.