Озеленение Владивостока постепенно уходит от хаотичных посадок и попыток копировать решения других регионов к более системному и научно обоснованному подходу. Но на практике город по-прежнему сталкивается с типичными ошибками — отсутствием учета рельефа и климата, слабым последующим уходом за растениями и проектированием «для картинки». О том, почему у приморской столицы есть все шансы сформировать собственную «зеленую идентичность», РБК Приморье рассказала научный сотрудник Ботанического сада-института ДВО РАН кандидат биологических наук Ирина Крестова.

— Как меняется подход к озеленению Владивостока в последние годы?

Озеленение напрямую зависит от общего состояния экономики. В советское время система была выстроена четко: существовали питомники, работал Горзеленхоз, все было планово, структурировано, внутри единой системы хозяйства. Затем наступил период, когда системной работы по озеленению во Владивостоке фактически не было — примерно 10–15 лет. Ситуация начала меняться в период подготовки к саммиту АТЭС. Это дало толчок не только к строительству крупных объектов, но и озеленению.

При этом важно понимать, что значительная часть зелени в городе — это не результат продуманной работы, а хаотичные остатки городских лесов или самосев. Сейчас постепенно идет планомерное замещение этой стихийной растительности, и разница с тем, что делали 15–20 лет назад, уже хорошо заметна.

— В чем ключевой принцип озеленения городов?

Один из главных принципов — формирование региональной зеленой идентичности. Мы не должны копировать города средней полосы России. У Владивостока совершенно особые климатические условия, и это должно отражаться в озеленении. У нас бесснежные зимы, почва промерзает, и это становится лимитирующим фактором для многих растений. Поэтому перенос любых решений на нашу территорию требует серьезной адаптации. К тому же у нас очень сложный рельеф, и растения в разных местах чувствуют себя по-разному.

— Какие ошибки чаще всего допускаются при озеленении Владивостока?

Одна из главных проблем — отсутствие комплексного подхода. Часто действует принцип «есть свободное место — давайте что-нибудь посадим». Закупаются, например, те же голубые ели и высаживаются где придется, без учета конкретных условий.

Хороший пример — туи. Их часто считают неудачным решением для города, но это не так. Просто их высаживали в местах, где они не могут нормально расти. При этом в Ботаническом саду есть туи высотой 5–6 метров — здоровые, зеленые. Им просто нужно правильно подобрать место и обеспечить уход в первые годы. И здесь важно понимать: посадка — это лишь 30–40% успеха. Основное — это уход. В первые 2–3 года растение требует регулярного внимания: полив, рыхление, прополка, контроль состояния. В среднем к одному растению нужно подойти минимум пять раз в год. Поэтому массовые акции по высадке деревьев сами по себе — это хорошо, это вовлечение людей, но без последующего ухода это превращается в закапывание саженцев. Если не закладывать финансирование на уход, мы фактически «хороним» растения — они не проживут дольше одного года. Еще одна ошибка, когда пытаются масштабировать один удачный пример на весь город.

— Насколько выстроено взаимодействие специалистов с городскими властями?

В мэрии и профильных организациях работают грамотные специалисты, с которыми мы взаимодействовали, проводили консультации, готовили кадры. Но при этом не всегда именно биологический фактор становится решающим. Многие проблемы связаны с финансированием и сроками. Например, деньги на озеленение могут поступать тогда, когда высаживать растения уже поздно.

Поэтому планирование должно учитывать биологические процессы. Сроки контрактов, закупок, строительные циклы — все это должно быть синхронизировано. Также важно учитывать долгосрочную перспективу. Сейчас горизонт планирования — максимум 5–10 лет. В результате, например, под линиями электропередачи высаживают деревья, которые со временем вырастают очень большими — те же ясени. Потом их начинают обрезать, что сильно портит внешний вид. Если бы формирование деревьев начиналось с раннего возраста, таких проблем можно было бы избежать.

— В этом году уже начался новый цикл озеленения. Объявлены закупки. В них можно увидеть, например, магнолии. Насколько это оправдано?

Магнолии — это как раз хороший пример удачной интродукции. В Ботаническом саду их начали культивировать еще в 1970-х годах благодаря работе Ирины Петровны Петуховой. Этот опыт оказался успешным, и уже более 50 лет магнолии выращиваются в условиях Приморья. В городе магнолии прижились. Например, их можно увидеть на Второй Речке, в Адмиральском сквере, в сквере Суханова.

— Какие еще необычные или южные виды удалось адаптировать к местному климату?

Есть удачные примеры. Например, гинкго двулопастный — реликтовое дерево, очень красивое и устойчивое. Оно хорошо себя чувствует во Владивостоке и требует ухода только в первые два года после посадки, а дальше растет без особых проблем. Такие деревья уже можно увидеть, например, рядом с Мариинским театром. Но опять же встает вопрос ухода: значительная часть повреждений происходит из-за банальных вещей. Например, при покосе газона часто повреждают кору молодых деревьев, и это приводит к гибели саженцев. Похожая история с сакурами: на площадке у Золотого моста многие из них стали многоствольными не потому, что так задумано, а потому что в первые годы были повреждены газонокосилками, но выжили и дали дополнительные побеги.

— Продвигаются ли новые виды в городское озеленение?

Да, мы этим активно занимаемся. В рамках акции «Зеленый апрель» распространяем среди жителей саженцы различных видов: это каштаны, катальпы, абрикосы, магнолии. В этом году — багрянолистник японский (кацура), малоизвестное, но очень красивое дерево, которое отлично растет в наших условиях.

— Как озеленение влияет на городской микроклимат и можно ли его корректировать с помощью растений?

Агрессивные факторы среды можно эффективно снижать озеленением и даже корректировать ветровую нагрузку внутри кварталов, ломать, разграничивать, перенаправлять потоки воздуха зелеными объектами. Также классический эффект от озеленения — это снижение температуры летом. Очень большую нагрузку по нейтрализации выхлопных газов берут на себя деревья, аллейные и городские посадки, разделяющие полосы движения транспорта и людей. Во Владивостоке важно озеленение трасс, которые пока в основном озеленяются самосевом.

— Какие древесные породы лучше всего подходят для Владивостока?

В Ботаническом саду мы сформировали список деревьев и кустарников, которые рекомендуем для высадки во Владивостоке и пригородах. Это виды, не требующие сложных агротехнических приемов. В основном — местная флора, но есть и некоторые интродуценты, хорошо адаптированные к условиям региона. Всего в списке 146 видов.

Наша приморская флора дает нам очень богатый выбор. У нас произрастают десятки видов кленов, бересклеты, декоративные жимолости, рододендроны. Есть лианы — это вообще уникальная возможность для вертикального озеленения. Все это может быть использовано в городской среде. Региональная идентичность как раз и заключается в разнообразии. У Владивостока есть все возможности для многопородного озеленения — нужно этим пользоваться и подбирать растения под конкретные условия, чтобы и им было комфортно, и они выполняли свою экологическую функцию.

— Какие растения, на ваш взгляд, недооценены в городском озеленении?

Хвойные. В городе используется очень ограниченный набор, хотя потенциал гораздо шире. Практически не задействованы местные можжевельники, они хорошо подходят для условий региона. Очень интересен тис — он устойчив к пересыханию, переносит и солнце, и тень, хорошо формируется, подходит для живых изгородей и топиарных форм. Это очень пластичное и декоративное растение. Также хорошо себя показывают рододендроны, в том числе японские формы с яркими цветами — при условии правильного выбора места и ухода.

— Если перейти к травянистым растениям: как вы относитесь к тренду на луговые сообщества вместо газонов?

Здесь важно не впадать в крайности. Полностью отказываться от газонов нельзя. Есть городские территории, где нескошенная трава просто недопустима — например, вдоль дорог. Там накапливаются выхлопы, тяжелые металлы, и по санитарным нормам эту траву нужно регулярно косить и вывозить. Кроме того, газон во многих местах выполняет конкретную функцию: где-то это фон для классических парков, а где-то — пространство, по которому люди ходят.

Но есть и зоны, где луговая растительность оправдана — например, склоны или труднодоступные участки, где регулярный покос физически сложен и экономически невыгоден. Там такие сообщества действительно проще в уходе и дешевле.

— Девелоперы к вам обращаются за консультацией по озеленению новых проектов?

Скорее нет. Большинство застройщиков — федеральные компании. Проекты домов и озеленения для них делают архитекторы из средней полосы России, которые не всегда учитывают местную специфику. В прошлом году нас просили провести экспертизу состояния зеленых насаждений в одном новом жилом комплексе на Патрокле. Там были допущены практически все возможные ошибки.

Во-первых, проект изначально не учитывал рельеф: склон сопки рассматривался как ровная площадка. Высадили влаголюбивые растения — хотя на склоне вода быстро уходит, и им просто не хватает влаги. Во-вторых, посадки проводились осенью — в период, когда приживаемость ниже, особенно без должного ухода. Фактически растения посадили, один раз полили и оставили. Объект сдали без гарантийных обязательств по озеленению. Были высажены растения из европейских питомников и Подмосковья. Формально это универсальные виды — например, спиреи или липы, они, в принципе, могут расти и здесь. Но без закрепления к весне они просто наклонились под углом 45 градусов — их сдуло ветром. Можжевельники, привезенные из Подмосковья, тоже погибли — они не выдерживают местных условий, в частности яркого февральского солнца.

На мой взгляд, прием таких объектов должен происходить только после перезимовки. Более того, передача озеленения на обслуживание должна быть минимум через год — после полноценного ухода со стороны застройщика. Мы готовы проводить экспертизу проектов озеленения, оценивать ассортимент, целесообразность посадок, соответствие условий. Но часто бывает так, что проект уже утвержден и его не готовы пересматривать.

— Можете назвать примеры продуманного озеленения, где подход был грамотным?

Интересный проект — на территории одного из ЖК в районе Зеленого бульвара. Там получилась композиция из ковровых посадок кустарников — недорогие растения, не очень цветущие, но пестролистные. При стрижке они создают разную фактуру и высоту. Большими массивами формируют цветные пятна. Стрижка один раз в году. Аналогичное решение реализовано на кольце Бородинской — ковровые посадки кустарников, которые регулярно подстригаются. Простые ухоженные растения создают эффектные композиции.

Есть хороший пример инициативных жителей из ТСЖ на Патрокле. Они составили список растений, которые им нравятся, затем пришли к нам и уточнили, что из этого будет расти, а что — нет. Мы провели с ними подготовительную работу, и в итоге получилась очень удачная аллея. Сейчас они ее поддерживают, обновляют и используют посадочный материал из местных питомников.

Нагорный парк использует местную флору. Работают с камнями, подбирают растения, подходящие к рельефу. Парк молодой, композиции еще не устоялись, но правильный подбор растений (густоцветковые сосны, можжевельники) даст эффект через год-два.

Создатели благоустройства озера на Патрокле работали с нами с предпроектного этапа, запрашивали перечень растений и рекомендации по их выращиванию. В итоге там созданы земляные валы для микроклимата, растения высажены с соблюдением технологии, и приживаемость составила почти 100%.