Индикатор бизнес-климата в России опустился до минимума с 2022 года, следует из данных аналитики Центробанка. Основной вклад в уменьшение ИБК внесли предприятия добычи полезных ископаемых, сферы услуг и транспортного комплекса. О том, как изменились ожидания и настроения бизнеса, и как они влияют на экономику, РБК Приморье рассказала начальник Дальневосточного главного управления Банка России Ирина Карлаш.

— Ирина Владимировна, начнем все-таки с ключевой ставки. В феврале ЦБ снизил ее на 0,5 процентного пункта: чем обусловлено такое решение? И по инфляции — можно ли говорить, что пик ее уже пройден?

— По нашему мнению, пик инфляции действительно был в январе этого года. В целом инфляция ведет себя в рамках прогноза. Поэтому Банк России смог продолжить период снижения ключевой ставки. Шесть раз подряд Банк России снижал ставку. Это сделано именно потому, что инфляция замедляется. Мы это видим. Что касается января, то в связи с регуляторными изменениями, изменениями налоговой политики, тарифов, мы наблюдали рост цен в январе. И предприятия, компании переносили эти дополнительные издержки в цены, но лишь в той мере, в которой это позволял спрос на товары и услуги. Но несмотря на этот всплеск в январе, мы не видим изменения трендов: устойчивая часть инфляции не ускорилась так же сильно, как и общая инфляция. В целом экономика России в 2025 году замедлилась. Это говорит о том, что перегрев уменьшается, а именно перегрев экономики подстегивал рост цен. Безработица все еще на низком уровне, но многие предприятия говорят, что им достаточно рабочей силы для нормальной работы. Высокие ставки по депозитам по-прежнему делают сбережения привлекательными. Поэтому все индикаторы, и в том числе по данным нашего мониторинга предприятий, говорят о том, что инфляция будет замедляться и в дальнейшем.

— Тем не менее, настроения у бизнеса не очень радужные. Индикатор бизнес-климата в России снижается третий месяц в подряд. Это что значит: бизнес в депрессии или есть все-таки какая-то надежда на рост?

— Давайте разберемся. Индикатор бизнес-климата, который публикует Банк России на основе опроса 15 тыс. предприятий всех отраслей экономики, состоит из двух частей. Первая — это индикатор текущего бизнес-климата. Он показывает оценки текущего состояния выпуска, спроса, их изменения. И вторая часть — это индикатор ожидаемого бизнес-климата. Здесь уже компании оценивают динамику выпуска и спроса на горизонте трех месяцев. Действительно, общий индекс бизнес-климата в феврале снижался, но он снизился в первую очередь за счет текущих оценок. Это связано с опросами предприятий, прежде всего в отраслях добычи полезных ископаемых и торговли автомобилями. А вот индекс бизнес-климата на горизонте трех месяцев, ожидаемый, не только остался в положительной зоне, но в некоторых отраслях вырос. Видим наиболее позитивные оценки в сельском хозяйстве и отраслях, связанных с производством товаров потребительского спроса.

— Это ситуация в целом по России или мы сейчас говорим про дальневосточные регионы?

— Это ситуация в целом по России, но динамика индикатора бизнес-климата на Дальнем Востоке схожа с общероссийской. У нас к отраслям, которые показали снижение текущих оценок бизнес-климата еще добавляются транспортный комплекс и услуги. Некоторые компании, которые участвуют в наших опросах, приводят разные причины ухудшения текущих оценок. Одна из крупных угольных компаний сообщила о снижении выпуска в связи с тем, что их основной покупатель перешел на покупку угля с другого месторождения. А компания, предоставляющая туристические услуги, рассказала, что предоставила меньше услуг в связи с плохими погодными условиями.

— Есть отрасли на Дальнем Востоке, которые чувствуют себя хорошо? У которых с производством, с объемами, со спросом все в порядке?

— На Дальнем Востоке в феврале по сравнению с январем улучшили свои оценки по выпуску предприятия сельского хозяйства, включая рыболовство, и строители. А по спросу улучшили оценки предприятия лесозаготовительной отрасли.

— Как дальневосточные предприятия реагируют на повышение НДС? Учитывал ли Центробанк повышение НДС в своем прогнозе?

— Да, безусловно, Центральный банк учитывал повышение НДС и реакцию предприятий в своих прогнозах. Опираясь на опыт 2019 года, мы предполагали, что бизнес начнет переносить в цены дополнительные издержки в конце 2025 года и начале 2026 года. Но ситуация сложилась несколько иначе. Компании в основном в декабре не повышали цены, поэтому общегодовая инфляция сложилась по итогам 2025 года несколько ниже нашего прогноза. А вот в январе большинство это сделали, перенесли издержки в цены и, соответственно, инфляция выросла, отклонившись несколько вверх от нашего прогноза. Тем не менее, к текущей точке мы подошли несколько иначе, не плавно, как предполагал прогноз, с замедлением в ноябре — декабре и ускорением в январе. В то же время мы считаем, что влияние этого переноса в цены дополнительных издержек носит разовый временный характер, и общие тенденции, общие тренды снижения инфляции не меняются.

— Что будет с ценами на Дальнем Востоке в ближайшее время? Что по этому поводу думает бизнес? Какие ожидания у него?

— Ценовые ожидания в феврале бизнес Дальнего Востока снизил. Точно так же, как и бизнес в России в целом. В качестве основного фактора, который способствует повышению цен, предприятия указывают рост закупочных цен на товары, материалы и сырье. Отмечается также возможный рост цен на ГСМ — это тот фактор, который может привести предприятия к решению повысить цены. И по-прежнему указывается государственное регулирование, в том числе изменения тарифов, налогов. Но в феврале влияние этого фактора ослабло.

— Что происходит с инфляцией в Приморском крае, если не брать весь ДФО, а конкретно Приморье?

— Каждый месяц мы публикуем информационно-аналитический материал, очень подробный. Скажу буквально в нескольких словах. Инфляция за январь 6,9%, — за февраль будет чуть позднее. Это чуть выше, чем в целом по России, по стране 6%. В январе цены в Приморье выросли, но выросли меньше, чем в целом по Российской Федерации. Месячный темп роста цен у нас был ниже. В январе в некоторых городах Приморского края подорожали услуги пассажирского транспорта, но подорожали меньше, чем в целом по стране. Мы это связываем с тем, что раньше начались продажи авиабилетов по субсидированным тарифам. В основном сильно подорожали услуги, в первую очередь связанные с внешним туризмом. Туры в Юго-Восточную Азию подорожали, но традиционно в Приморье очень высок спрос на эти туры, здесь еще и сезонный фактор имеет значение. Подорожало продовольствие — сильнее, чем непродовольственные товары. Но по непродовольственным товарам мы видим даже определенное снижение. Этому способствуют и крепкий рубль, и то, что повышение НДС отразилось не на всех товарах.

— Какую инфляцию в целом по стране ожидает Центробанк, и что будет влиять на цены прежде всего?

— Прогноз, который опубликовал Банк России в феврале, я напомню, что 4 раза в год Банк России публикует среднесрочный прогноз, предусматривает, что мы ожидаем годовую инфляцию в целом по стране на конец 2026 года в диапазоне от 4,5 до 5,5%. Текущий темп роста цен снизится до 4%, по нашему прогнозу, уже во втором полугодии 2026 года. В целом к цели, к 4% годовая инфляция, по прогнозу, вернется в 2027 году. Это позволит принимать решение о дальнейшем снижении ключевой ставки. Мы обязательно внимательно анализируем баланс рисков. Проинфляционные риски — это в первую очередь высокие инфляционные ожидания. В январе инфляционные ожидания населения не отреагировали на повышение НДС, в феврале несколько замедлились, но они по-прежнему находятся на повышенных уровнях. Есть неопределенность, связанная с ценами на нефть. Если цены на нефть длительное время будут оставаться на низких уровнях, это может сказаться на инфляции. Достаточно серьезная волатильность, мы внимательно наблюдаем за ситуацией. Есть и дезинфляционные факторы. В первую очередь это более быстрое замедление внутреннего спроса, но пока баланс рисков складывается в пользу проинфляционных.